МЕТОДЫ РАЗВЕДШКОЛ: Английский Испанский Итальянский Немецкий Французский языки в Перми

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Максим Тихонов: Как я жил в Англии.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Максим Тихонов:
Как я жил в Англии.

Глава 1.

Первое, что меня удивило, это большое количество японцев в салоне самолета. Оказывается, для них на много дешевле добираться до Великобритании через Москву. Пилот поприветствовал пассажиров рейса Москва - Лондон и не без ехидства, сообщил, что полет будет продолжаться аж четыре часа. Но во время полета собирались показывать какой-то фильм и это меня несколько успокоило. Затем женский голос повторил все это на английском, а другой женский голос объяснил основной части пассажиров тоже самое на японском. Мне даже показалось, что по-японски я понял больше, чем по-английски. Это меня немного огорчило. Я ведь не собирался возвращаться на родину с берегов "Туманного Альбиона" и мне следовало знать язык островитян лучше, чем русский, так как я хотел большую часть своей сознательной жизни провести среди англичан.

На склоне юности мне удалось осуществить свою детскую мечту о переезде в другую страну, западную страну. Я купил визу по поддельному приглашению через одну турфирму, билеты на рейс Шереметьево-2 - Хитроу, собрал сколько мог наличных, а точнее родители собрали, и кинулся вон из страны.

В 22 часа по Лондонскому времени наш самолет оказался над Хитроу. Стюардесса принесла мне какой-то бланк, где требовалось внести сведения о себе и заполнить самую интересную графу: "Цель визита". Я не люблю врать, а тем более некрасиво врать своим будущим согражданам, но я отдавал себе отчет в том, что иммиграционные власти еще не знают, что я их потенциальный подданный и могут понять меня не правильно, если я укажу истинную цель своего визита. Я нацарапал что-то вроде "туристическая" и решил, что это не совсем ложь.

Выйдя из самолета я вместе с другими пассажирами долго шел по каким-то коридорам, мимо прозрачных стен, за которыми сидели люди в форме британской иммиграционной службы. Выглядело это так, как если бы все мы были новыми обитателями зоопарка, прибывшими в новый загон, а наши будущие хозяева разглядывают нас на предмет соответствия стандартам этого солидного заведения.

Наконец, мы попали в большой зал с перилами, вдоль которых нам предстояло двигаться цепочкой к столам иммиграционной службы. Оказалось, что зал имеет еще один выход - для граждан Великобритании и ЕЭС. Все остальные - люди второго сорта, потенциальные террористы, незаконные эмигранты, граждане стран низшего сорта стояли в огромной общей очереди. Вокруг меня было не только много японцев, но и, как я смог определить, индусов. Одеты они были очень бедно, в основном в свою национальную одежду.

- Вы говорите по-английски? - был первый вопрос иммиграционного офицера. Им оказался молодой парень лет 25. "Начинается" - подумал я.

- Естественно, - ответил я, как можно более удивленно.

- Как долго Вы собираетесь пробыть в Великобритании?

От такой наглости я на некоторое время лишился дара английской речи, которого, правда, не имею до сих пор. Сейчас, с высоты моего опыта, совершенно ясно, что нужно было ослепительно улыбнуться и назвать срок одну - две недели, но я был из Свободной Демократической России и затеял либеральную бузу.

- Что значит "Как долго"? Читайте, здесь написано, что я имею визу на 6 месяцев, это значит, что в течении этого срока я могу находится в этой стране. Разве не так?

- Сколько у Вас денег?

Я показал.

- Этого вам не хватит, чтобы находится в Великобритании на протяжении 6 месяцев. Вы знаете, что Ваша виза не дает Вам право работать? На какие средства Вы собираетесь жить?

- У меня есть дела в Англии, - начал я ему объяснять, - Как только я эти дела сделаю, то сразу уеду домой.

А про себя я подумал: "И вообще это не их собачье дело! Терпеть не могу когда из меня пытаются выжать не желательную правду!"

- Но у Вас не хватит денег, чтобы находиться на территории Великобритании на протяжении 6 месяцев.

- Но я и не говорил, что собираюсь оставаться здесь на 6 месяцев! - а про себя подумал: "На много дольше, браток, намного...", - Я дела сделаю и свалю (приблизительный перевод с моего тогдашнего английского). Но согласно этой визе, - я ткнул пальцем в бумажку в моем паспорте, - Я имею право находиться здесь с 15 апреля до 15 октября 1995 года. Сегодня 17 апреля 1995 года, так?

Иммиграционный офицер осторожно кивнул.

- Тогда я не понимаю зачем Вы меня спрашиваете о том, как долго я собираюсь здесь пробыть.

И тут произошло нечто странное: он встал, попросил меня присесть на диванчик неподалеку, взял мои документы и удалился. Я с удовольствием плюхнулся на диван, так как было уже не только поздно (смотри выше, сколько было времени, но не забывайте про разницу во времени в пять часов, на Урале было уже три часа ночи!), было очень поздно, даже для моего молодого организма. Я устал, проголодался, и вообще скорее хотел ступить на ту поверхность планеты, которая называется Великобританией.

Когда мое терпение иссякло несколько раз, он вернулся с девушкой явно индусского происхождения. Она отличалась от тех, кто стоял в очереди, тем, что была одета в форму иммиграционного департамента. Оказалось, что я, видите ли, не понимаю английского и того, о чем он меня спрашивал, а эта девушка говорила по-русски. Она любезно повторила мне все, что я с таким трудом понял из его уст до этого. Я так же любезно повторил ей все сказанное прежде. Она перевела ему. Тогда он задал самый коварный вопрос:

- Вы знаете того, кто Вас пригласил?

Я назвал фирму и адрес, которые мне сообщили в турфирме. Он все записал и довольно долго объяснял мне, что так как ему так и не удалось установить цель моего визита, ситуация с легальностью моей визы не ясна, но я явно въехал в Англию законно, поэтому он не может меня сейчас задерживать. Мне так же объяснили, что они арестовывают мой паспорт "до выяснения". Он выписал мне несолидного вида бумажку, в которой говорилось (правда я перевел ее значительно позже), что я есть "лицо, которое может быть арестовано в любой момент. Я не имею право работать ни за плату, ни бесплатно. Я должен находиться по такому-то адресу. Я должен явиться для собеседования в иммиграционный офис 18 мая к 10 часам."

Надо отметить, что адрес, по которому я должен был находиться, я указал им сам - гостиница на улице Ланкастер Гейт. Про эту гостиницу я узнал от одной своей знакомой, которая побывала в Лондоне до меня. Считалось, что это одна из самых дешевых гостиниц. По поводу его слов о том, что денег у меня было мало для ничегонеделания на протяжении 6 месяцев в Англии, я зря ему поверил. Когда я уже пожил немного дольше там, я подсчитал, что при определенной экономии, на те деньги, которые у меня были, я смог бы протянуть там не работая почти 6 месяцев. Но все это было потом, а сейчас впереди меня ждала неизвестность чужой страны, чужой культуры, чужого языка. Я взял свой дипломат, и проследовал за каким-то офицером. На последок я было хотел попросить свой паспорт обратно, но на меня странно посмотрели, затем улыбнулись и сказали:

- Парень, это не Россия. Это Великобритания. Здесь никто не будет спрашивать у тебя паспорт, ни в гостинице, ни при аресте.

Про устройство на работу речь вообще не шла.

Хмурого вида офицер привел меня в обширный зал, видимо тот, где пассажиры забирают свои вещи после прохождения иммиграционного контроля. Я нашел свою сумку с вещами и поставил на специальный стальной стол. Офицер попросил меня открыть ее. Далее началось самое унизительное: он начал шмотку за шмоткой доставать из сумки. После того как он все перерыл и почему-то не нашел оружия, наркотиков и домашних животных, которых я и не пытался провезти, он разрешил мне запихать все это обратно, вручил мне иммиграционную портянку с вышеизложенным содержанием и отпустил.

Я вышел в просторный зал ожидания и обнаружил, что во всем огромном помещении нет ни скамеек, ни чего либо подобного. В гостеприимном заведении, где я оставил свой серпастый-молоткастый паспорт меня продержали более двух часов, таким образом на дворе был первый час ночи. Терминал, кажется номер 1, был пуст, за исключением тройки незнакомцев, вполне прилично одетых, которые бросив свои вещи на пол у фонтана в центре зала, спали прямо на полу, положив головы на чемоданы и рюкзаки. Я направился искать обмен валюты, ведь у меня были только доллары. Оказалось, что выход из этого терминала уже закрыт и мне пришлось тащиться с тяжелой сумкой и дипломатом через 2 и 3 терминалы, такие же огромные как и первый. В третьем терминале аэропорта Хитроу я нашел: обмен валюты, по довольно-таки невыгодному курсу; большой щит с лозунгом, который гласил: "Хитроу - самый лучший международный аэропорт в мире"; и выход на улицу.

Вы уже знаете, что было очень поздно и метро не работало. Все автобусы до города давно развезли своих хозяев по пабам (пивным), домам и смотрели свои автобусные сны. Я был вынужден разориться на такси. Следуя указателям, я доковылял до таксостоянки и ... не нашел там ни одного такси. "Вот тебе и навязчивый сервис!" Посреди нее стояла будка. Я из последних сил постучался в нее. Ко мне вышли двое в смешных шляпах, по полям которых была нарисована желто-черная шахматка. Услышав слово "такси", женщина вернулась в будку и позвонила куда следует. Мужчина закурил вместе со мной, а вскоре сообщил, что машина будет через пять - десять минут. Мы стояли на ветру, и я думал о том, что сосед мой в любой момент может укрыться в своей будке, а я вынужден неизвестно сколько ждать застрявшую где-то в глубинах Лондона машину.

После трех сигарет он обрадовал меня тем, что машина немного задерживается и будет минут через двадцать - тридцать. Когда я совсем окоченел, приехал "кеб". Я затащил сумку и дипломат в салон и обнаружил, что там довольно-таки просторно, может быть даже слишком, а водитель отгорожен от пассажира пуленепробиваемым стеклом с маленьким отверстием, которое было закрыто с его стороны. "Боится" - усмехнулся я про себя. Женщина сказала водителю что-то из чего уловил только слова "Ланкастер Гейт" и машина тронулась с места. Я сразу же понял, что меня насторожило в размерах салона - коленям негде было упереться и я сидел словно кучер на козлах. Было так темно, что когда кончился Хитроу и начался Лондон я не понял. По пути водитель связался с гостиницей и выяснил, что номеров там нет и предложил мне соседнюю, на той же улице. Так как цена за ночь там была такая же, я согласился. После того, как мы приехали к дверям, я сходил внутрь к администратору - видимо итальянцу по происхождению и убедился, что номера действительно есть. Вернувшись, я к великому своему удовольствию узнал, что гостеприимство иммиграционного департамента обошлось мне в почти в сорок фунтов (это около 60 долларов!). Пришлось отдать эту сумму водителю. Он улыбнулся мне на прощание довольной улыбкой и сорвался с места. Ну вот, я наконец заселяюсь в первый в моей жизни дом, который находится в столице Великобритании, семимиллионном городе Лондоне, которому, если не ошибаюсь, почти две тысячи лет.

0

2

Глава 2.

"Самая дешевая гостиница, черт бы ее побрал!" - неслось у меня в голове, когда, так называемый портье, проводил меня в номер, - "Двадцать пять фунтов за ночь!". Комната была маленькой, с огромным окном и небольшой прихожей-кухней, где был умывальник, сервантик и отсек с душем. Рама была приоткрыта и в комнате было очень, очень холодно. Я с остервенением загнанного зверя опустил раму, скинул одежду и быстро забрался под одеяло. Но это меня не спасло. Пришлось натянуть джемпер. Я так устал, что более уже не воспринимал холод и вскоре заснул.

Проснулся я естественно рано, часов в семь по Лондонскому. На Урале был уже час дня. Сна не было. Да какой там сон! Я же в Англии! Наконец-то! Я быстренько оделся, взял с собой пустой полиэтиленовый пакет, на всякий случай, и спустился вниз. Надо отметить, что мой номер был на третьем этаже, прямо над входом в гостиницу.

Спокойно выйти мне не дали. Меня окликнула негритянка-администратор в национальной африканской одежде, женщина неопределенного возраста от 30 до 50. Я вообще плохо разбираюсь в возрасте негров.

- Мистер, Вы из 17 номера? - с явно антианглийским акцентом акцентируя внимание на звуках "м" и "р" поинтересовалась она.

- Да...

- Вы сегодня съедете или хотите еще остаться на ночь? - продолжала она свои расспросы. То ли из-за ее антианглийского акцента, то ли еще почему, но я прекрасно ее понимал.

- Я хочу еще остаться, - ответил я, немного обдумав свои слова. Сейчас-то понятно, что мне следовало сказать: "Я собираюсь остаться здесь еще", что означало бы, что я заранее так решил, но тогда мой английский был так скуден и я не знал выражений типа "я собираюсь...". А так, моя фраза прозвучала, так как если бы я принял решение прямо у нее на глазах. Вообщем, позор школьному английскому, но деваться было не куда. Никто меня, кроме меня самого, сюда не гнал.

- Тогда Вам необходимо до двенадцати часов дня оплатить за следующие сутки.

"Да... Расходы, расходы, расходы..." Я отдал ей нужную сумму и быстренько прикинул, что менее чем за сутки я спустил уже 90 фунтов, а это более 140 долларов. И все это лишь за кровать и транспорт!

Перед входом в гостиницу стояло здание в явно готическом стиле, серого цвета, обнесенное низенькой оградой, за которой был разбит цветник. В это время года в Лондоне все как раз начинало цвести. Я обошел здание справа и свернул на первом же повороте. Улица с которой пересекалась Ланкастер Гейт, называлась... Ланкастер Гейт. "У них, как и у нас, туговато с названиями, или с воображением", - решил я. Улицы были узенькими, с четырех - пятиэтажными зданиями. Самое хорошее, что можно сказать об этом - очень мило и уютно, но как на них разъехаться, когда кругом наставлены машины! Но самое главное - все дома лепились в сплошные стены, с одинаковыми вычурными подъездами огромных размеров. "Наверное, они слонов планировали завозить из Индии, в качестве домашних животных". Стены из подъездов и нескольких этажей над ними обрывались на пересечении улиц и продолжались дальше в том же самом упрямом однообразии. На следующем перекрестке я снова свернул на право и попал на улочку с явно немецким названием: Лайнстер Террасе (Leinster Terrace). "Вот те на!" - ахнул я, увидев как в это солнечное ранее утро работник небольшого продуктового магазина с шампунем и шваброй моет тротуар у своего магазина.

Позже я узнал, что это не шампунь, а Специальная Моющая Жидкость, причем, достаточно дешевая. А тротуар мыли не от любви к чистоте, ведь его изгадят через пять минут после открытия магазина, а для привлечения клиентов - конкуренция просто сумасшедшая. Представьте, сосед спрашивает Вас: "Ты где картошку покупаешь?" А вы ему: "Да, вон в том магазине, Биг Фут называется", что можно понять, как "Да, вон в том магазине, где даже тротуар с шампунем моют". Круто, не правда ли? А по мне так это, извините, дурдом.

Рядом с продуктовым я обнаружил почту, которая была уже открыта. И вообще у них почта и магазины по продаже периодических изданий открываются в... 6 утра. Вот людям делать нечего! Проснулся и бегом покупать газетки, марки, конверты, лишь бы телефон свой сотовый выходя из дома не забыть. А все потому, что за коммунальные и подобные услуги у них никто никуда не бегает платить. Все ждут особого приглашения по почте в виде счета для оплаты, даже за неправильную парковку. Это и понятно, надо же чем-то почту при такой-то телефонизации и интернетизации занять.

На почте я приобрел замечательную карту Лондона в виде книги со спиральной скрепкой и картой метро на обороте. Теперь можно не бояться, что заблужусь. Пора было подкрепиться и по музеям, по музеям. А то начинало казаться, что это ни Лондон вовсе, а сон. За этот час я начал к нему поразительно привыкать, все кругом такое знакомое, где-то виданное... Потом я понял, что это было: все кругом было однообразное, однотонное (не считая кричащей рекламы - в стиле "Съешь меня!"), одноэтажное и слащаво опрятное. К такому не только быстро привыкаешь, ты перестаешь это сперва замечать, тебе кажется, что все и должно быть таким чистым и аккуратным, а потом это осточертевает и ноги сами несут тебя туда где хаос, природа, стихия, вонь, ругань, хамство, беспорядки, где хоть что-то происходит, даже если это что-то ни не дает ни каких результатов.

Еще одной мечтой моего детства было побывать в музее Шерлока Холмса. Лично пройтись по Бейкер Стрит, по которой они с Ватсоном никогда в действительности не ходили. Когда я стоял в небольшой очереди у крыльца дома 22 Бис по Бейкер Стрит, я услышал, что женщина с пяти - шестилетним мальчиком позади меня перешла с английского на... русский. Я обернулся и осторожно поинтересовался на русском:

- Вы русская?

Она с опаской на меня взглянула и быстро ответила по-русски:

- Да.

Было ясно видно, что разговаривать она со мной не желает и я потерял к ней интерес. А мальчик, кстати, был явно азиатского происхождения, то ли японец, то ли китаец.

У входа всех встречала девушка в старинной одежде, видимо "миссис Хадсон", и бутафорский полисмен в форме конца девятнадцатого века. Он спросил на каком языке я возьму программку, я ответил, что на русском. Оказалось, что на этом редком языке программок у него нет и предложил на английском. Как вы думаете, я согласился?

Кроме статистических данных о посещаемости музея и его истории, я смог перевести с английского, что большую часть программки составляет меню ресторана "У миссис Хадсон", который находился за соседней с музеем дверью.

То, что я представлял себе о музее по фильмам с участием Василия Ливанова, было небом и землей. В реальности квартира представляла собой тесный четырехэтажный набор комнатушек. Дело в том, что в Англии все дома отапливаются каминами, до сих пор. Если не углем (а его продают в продуктовых магазинах), то электрокаминами, встроенными в ниши старых, угольных каминов. Отсюда - все комнатки минимальных размеров, чтобы легче было отапливать. Исключение составляют дома нового типа, где проведено отопление, но их жалкое меньшинство. Переделывать не торопятся, может быть в силу привычки, а может из-за скупости. Да и шутка ли - перекопать древние улицы, ради труб, которые будут греть 3 - 4 месяца в году, а вскрывать ради них дороги придется намного чаще.

У меня с собой был "Поляроид", а в комнате с двумя креслами и камином можно было надеть "его" кепку, взять в зубы "его" трубку и запечатлеться. Я попросил двух девушек-туристок, кажется итальянок, сфотографировать меня. Я и не догадывался, что они распознали во мне русского, но как они это сделали, я расскажу позже. Просто, поняв, что я из России, девочки струхнули, и на фотографиях изображение получилось размазанным, ручки-то у них тряслись от волнения. Когда снимок проявился через минуту и я увидел, что кадры испорчены, девчонок и след простыл.

С большим волнением я оставил в книге посетителей свои замечания, предложения и отзывы, и с большим разочарованием обнаружил в последней комнате, на последнем этаже магазин, где шла вялая торговля сувенирами. Вялая, потому что сувениры были очень дорогими. Самая дешевая безделушка обошлась бы мне по цене, по которой я мог бы купить в России самый простой корейский фотоаппарат с автонастройками! А разочаровал меня сам факт присутствия здесь этого магазина, выглядело это очень не солидно, но видимо, очень по-английски. "Торгуй всегда, торгуй везде, но не забудь про время, когда нужно пить чай!"

После мне захотелось навестить "Музей мадам Тюссо", который находился неподалеку, на соседней улице. Но когда я увидел, КАКАЯ там была очередь, это желание у меня куда-то пропало. Она (очередь) была такая толстая и длинная, что сравнить ее можно было лишь с нашими очередями за водкой в горбачевские времена. Рядом стоял выездной вагончик, где прямо на месте поджаривали гамбургеры. Изучив нацарапанное мелом на маленькой школьной доске меню (англичане вообще любят такие уличные меню, с их точки зрения - это верх эстетики, хотя написано на них как курица лапой, но это видимо следует понимать как "мило", "по-домашнему", "все свои"), я назвал желаемое и услышал в ответ на ломаном русском:

- Вам по-рюсски, слук-ом?

Я остолбенел, - "Как он догадался, что я русский!?" На лице у меня этого не написано - обычный белый человек, одет прилично, даже лучше чем, большинство вокруг (их манера одеваться вообще отдельный разговор). "Вот тебе и Бейкер Стрит, блин!".

Когда я доел этот гамбургер и хотел выкинуть обертку, то не нашел по близости урну. Бросать на тротуар было как-то не удобно - вокруг столько народу. Я не нашел ничего лучше, как скомкать ее хорошенько и положить в пакет к карте Лондона. И тут я увидел, что взял из гостиницы кулек, на котором было изображено зеленое яблоко с вылезающим из него червячком, а выше надпись, большими буквами по-русски: "Я ем только экологически чистые продукты!". "Да это же элементарно, Ватсон," - воскликнул я про себя, - "Вот как все догадываются о моем происхождении!". Много ли в Лондоне людей с такими кульками? Наверное очень много, но не в Лондоне. Я понял, что кулек этот вызывает ко мне уважение и старался в дальнейшем иногда выставлять его как можно более явно.

Становилось темно и холодно, пора было возвращаться в гостиницу. Устал как собака, а видел - всего ничего. Так всегда бывает в чужом городе. Бегаешь, бегаешь, а потом неожиданно обнаруживаешь, что сил хватает только добраться до кровати.

"Боже ты мой! Какой тут свинарник!" - примерно об этом я думал, когда вечером зашел в поезд метро линии Джубайли (Jubilee). На полу валялись пустые, смятые жестяные банки, упаковки от гамбургеров и пластиковые коробочки от сэндвичей, другой мелкий мусор. В вагоне было лишь два человека - нищий в лохмотьях, спавший, улегшись на сиденье с ногами, и парнишка лет пятнадцати, грудь которого была увешана детскими значками. "Псих, наверное," - решил я и уселся на более - менее чистое сиденье, спиной к соседям. На Бонд Стрит я пересел в другой, не менее грязный поезд Центральной линии. Остановку свою я чуть не проехал. Двери-то в некоторых вагонах сами не открываются! Если хочешь выйти или зайти - нажми кнопку рядом с дверью. Так вот, поезд останавливается... я сижу... думаю... машинист что-то просипел по радио... "а почему двери не отрываются?" - ползают мысли у меня в голове. И дело не в том, что я такие вагоны раньше не видел, а в том, что я поражен свинарником. Свинарником в... Лондонском метро. В метро аккуратнейшей (?) нации в мире. Наконец я очнулся, быстро нажал кнопку и выскочил из вагона. Поезд тронулся. Осталось лишь подняться на поверхность...

0

3

Глава 3.

На следующий день я снова попытался проникнуть в "Музей мадам Тюссо", но тщетно. Туристы осаждали это здание с не меньшим упорством, чем вчера. Судя по карте, я мог пройти через Реджентс парк до Лондонского зоопарка. Так я и сделал. Но сперва я зашел на станцию метро "Бейкер Стрит", собираясь приобрести единый десятидневный билет на метро и автобус. Но это оказалось не так просто: нужно было иметь цветную фотографию. Слава Богу, прямо на станции была кабинка с роботом-фотографом. Я зашел в нее, задернул за собой темно-синего цвета шторку, и сел напротив объектива. Внимательно изучив инструкцию, я засунул куда следует полтора фунта железными монетами, сделал умное лицо и нажал "пуск". Позже, я с сожалением обнаружил на фотографиях свою страшную физиономию на фоне темно-синей шторки, которую не заметил у себя за спиной. Ее следовало отодвинуть и тогда я запечатлелся бы на замечательном белом фоне. Но тогда мне было не до фотоэкспериментов и я поспешил к кассе. Негр, работник метро, закатал мое фото под пленку на картонную карту, где мне был присвоен номер и выдал билет на десять дней с точно таким же номером. Картонка эта называлась очень солидно - "Фотокарт", а билет еще круче - "Травелкарт".

Далее по Бейкер Стрит я попал в Реджентс парк. Правда парком его трудно назвать в нашем понимании. Вроде все как обычно: скамейки, дорожки, ручейки, туалеты и луга, луга, луга. Вы спросите: "А деревья?". Ну... там были деревья... несколько деревьев... в некоторых местах. Я так понимаю, что в английском понимании парк - это такое место, где нет домов и автодорог, а что касается деревьев, может быть если на этом месте долго ничего не строить, не рыть и не ездить, то видимо деревья должны вырасти сами собой. Основной растительностью парка были ровно подстриженные кусты и трава.

По траве во многих местах бегали люди. Они бегали за мячом. Иногда они били мячи большими теннисными ракетками, когда играли в теннис. Был самый разгар рабочего дня. Люди работали. Некоторые группы представляли из себя школьников с преподавателем, занимающихся спортом. Это было понятно, рядом со школой по-видимому такую большую лужайку не найдешь. На самой территории парка располагалась Лондонская Бизнес Школа и еще два колледжа рядом.

Зоопарк оказался расположен по обе стороны улицы Аутер Сайкл. Подойдя к кассе я увидел цену билета - 6 фунтов (9 долларов) и расхотел смотреть на зверей. "Что я дома в зоопарк не ходил? Можно подумать, в Лондонском зоопарке есть то, чего никогда не видел..." - решил я и двинулся дальше по Аутер Сайкл. На карте я нашел ближайшую станцию метро - "Кэмден Таун", туда я и направился. В мои дальнейшие планы входило посещение Лондонского Тауэра и моста Тауэр Бридж. Таким образом, английские звери остались без моего внимания.

Подходя к зданию, на цокольном этаже которого находился вход на станцию метро "Кэмден Таун", я заприметил группу чернокожих парней лет 18 - 25 в количестве шести человек. Без сомнения, они шкуляли одиноких белых парней пытавшихся спуститься в метро. Не знаю почему, но хотя я испугался их, я не остановился и двинулся прямо ко входу в метро.

- Сигаретки не найдется? - услышал я самый что ни на есть стандартный вопрос в подобного рода ситуации. С одной стороны - я не жадный, что мне сигаретки жалко? С другой стороны я ведь понимал к чему все это. У меня с собой были "L&M" и "Chester Field", российского производства с замечательной надписью по-русски: "Минздрав предупреждает: курение опасно для вашего здоровья". Душа и сердце у нас, у русских щедрая, открытая. Их-то я и продемонстрировал:

- А что вы предпочитаете: "L&M" или "Chester Field"?

Негр сразу же офигел: он впервые слышал о таких марках сигарет и решил, что это какие-то ругательства типа: "Вам по яйцам пнуть или под дыхало?". Тут следует заметить, что из известных мне сигарет в Англии я встретил только такие: "Marlboro", "Dunhill", "Camel" и "JPS". В основном люди курили британские марки, типа: "Super King" или "Silk Cut". Не сводя с меня глаз он быстро что-то бросил своим напарникам на лондонском варианте английского - кокни, и словно врач у больного поинтересовался:

- Крутой что ли?

Подошли еще двое рослых чернокожих. Разобрав вопрос я небрежно поправил его:

- Не-е, я русский.

Пока они переваривали полученную информацию, я увидел, как трое других негров прижали какого-то белого парнишку в затененном углублении здания. Вскоре один из "нападавших" сунул себе в карман скомканные купюры, а другой вытащив из кармана брюк неудачника пачку сигарет одним движением толкнул его в сторону метро. У парня на глаза наворачивались слезы. Он мышкой юркнул в спасительное зево андеграунда.

- Рус-ский?! - воскликнул, тот который помирал без сигарет и просил меня спасти его от безникотиновой смерти. Причем, "русский" звучит по-английски как "раш(э)н" и это его растянутая мощная "ш-ш" эхом отскочила от здания станции, привлекая внимание пробегавших мимо прохожих. Я достал "честер", продолжая наступать. Он с любопытством осмотрел пачку, увидел надпись на русском и вежливо спросил:

- Можно?

"Есть! Белые начинают и выигрывают!"

Все шестеро угостились, взял сигаретку и я. Стоящий справа достал бензиновую зажигалку. Завязалась милая беседа в духе "Мир - Дружба, - Фестиваль". Их интересовало буквально все: можно ли у нас купить "сникерс" и кока-колу, есть ли ночные заведения, люблю ли я Достоевского, нравится ли мне Лондон, много ли у нас чернокожих европейцев и так далее и тому подобное (чему подобное?). Напоследок я узнал от них, что найти дешевое жилье и работу для незаконного эмигранта я смогу через объявления расклеенные у станции метро "Эарт'с Корт".

Приготовив свой "травелкард" я начал спускаться по узкой винтовой лестнице в чрево метрополитена. Станция, видимо, была очень старой, нерасчитаной на большое количество людей ныне живущих в Лондоне. Я дошел до перрона, где останавливались поезда, но так и не встретил ни одного турникета, где мог бы доказать, что мой проезд оплачен. "Вот так так!" - удивился я, - "Да сюда можно было и бесплатно пройти!". Но я жестоко ошибался: при выходе со станции стояли турникеты со зловещими створками и пара работников метро для охраны этих чудовищ.

Все верно: не оплатив проезд из метро не выйдешь. Просто некоторые станции имели свободный доступ для бездомных, которые с наступлением ночи в поисках теплого угла спускались в метро. И для того, чтобы они не ломали турникеты, эти турникеты отсутствовали. А утром их, видимо, выпровождала на поверхность полиция, на заработки. Бездомные ложились спасть позже всех и вставали раньше всех, перед открытием метро. Вместе с джентльменами из полиции они выходили на прохладный весенний воздух. Бездомные - на работу, полицейские - домой, отсыпаться после ночной смены.

Сделав кучу пересадок, двигаясь по эскалаторам, в пассажирских лифтах, я, наконец, вышел на поверхность из станции метро "Эарт'с Корт". Слева от выхода был метра полтора в ширину проем между домами. Там, в проеме, толпились люди. Они читали. А почитать было что: на левой стене - объявления о сдающихся квартирах и комнатах, на правой стене - о работе для иностранцев и неквалифицированных рабочих.

Протиснувшись поближе, я, после десятиминутного изучения полуоборванных бумажек, нашел интересное объявление:

"Представительству американской компании требуются русскоязычные служащие. Знание английского - беглая речь."

Я записал в свою электронную записную книжку телефон фирмы, решив, что когда я пообвыкнусь немного и мой английский значительно улучшится, я обязательно пойду к ним работать. Но я так никогда им не позвонил. Может быть зря, все могло сложиться совсем иначе.

На другой стене я отыскал адрес, где можно было снять "кровать и завтрак", по нашему - комнату в общаге, всего за 70 фунтов в неделю. Судя по карте, это оказалось не далеко от станции метро "Эарт'с Корт". Минут через двадцать я нашел этот адрес. Пришлось спуститься в полуподвальное помещение, где меня встретила женщина в потрепанном синем халате. От нее я узнал, что свободных комнат нет, до осени. Сейчас многие европейские и японские студенты приехали в Лондон по своим студенческим делам и заняли все самое дешевое жилье. "Человек тут без дома, без семьи, а они видите ли в Лондон, по делам, срочно!" - злился я, добираясь обратно до станции метро. Минут через сорок я был уже на холме, перед Тауэром Лондона. Сделав несколько снимков я начал спускаться по лестнице к подземному переходу, чтобы подойти поближе к Тауэру. Слева от подземного перехода был обломок древнеримской стены двухтысячелетней давности и памятник какому-то римскому цезарю. (я мог бы, конечно, назвать его имя, но страшно лень искать это место на видеокассете, кому интересно - узнайте сами.). Вообще же, мое отношение ко все новому исходило от мысли, что все, что я вижу, мне предстоит видеть часто, я должен привыкнуть ко всему, сказав сам себе - теперь это твой дом, тебе среди этого жить и работать, это часть и твоей истории. Вот как я тогда не любил Россию. А поэтому я не стремился все запомнить, напокупать сувениров, побывать лично во всех музеях. Я считал, что всегда успею это сделать. Мои ноги на этой земле - они всегда смогут дойти до туда, где я не успел или поленился побывать.

На другой стороне перехода под стеклянным куполом на глубине двух метров были каменные развалины здания. Стены. Табличка у поручня гласила, что этим камням почти две тысячи лет. Здорово! Я обошел Тауэр вокруг. При входе была касса. Я так и не побывал внутри. Правильно, из-за цены на билет - 11 фунтов. Решил, что когда разбогатею, тогда и схожу в "свой местный музей".

Попав на мост Тауэр Бридж, я чуть не промочил ноги в большой луже, разлившейся справа от входа в музей моста Тауэр Бридж. В этот музей я тоже не пошел. А зачем? Я, собственно, сейчас стою на мосту, что еще может быть интереснее. Только то, как его строили. Намного позже, из документального фильма на английском языке "Лондон - сердце нации", я узнал, что мост на 800 лет младше самого Тауэра. В том 1995 году ему было всего лишь около 100 лет.

Смеркалось. Заморосил противный холодный дождь. Прежде чем уйти с моста, а заметил две вещи: вода в Темзе была грязного коричневого цвета, а у противоположного берега стоял на приколе крейсер-музей, ну прям как "Аврора" в Санкт-Петербурге.

Никакого знаменитого смога я в Лондоне не видел, а вот в такую противную погоду город выглядел хоть и чистым, но таким серым, однообразным и холодным, что невольно вспомнилась родная Пермь, такая грязная от потоков глины из строительных котлованов, но разнообразная, не предсказуемая и все-таки своя. Правильно говорят: "Родная говнинка - что сердцу кровинка", простите за прямоту.

А если еще честнее - Петербург во много раз красивее. Вот там есть что посмотреть. А не эти однообразные дома с большими подъездами, что тянуться вдоль улиц сплошными стенами. В Лондоне очень мало высотных зданий. В основном это 2 - 5 этажные под старину дома.

В гостинице снова дежурила темнокожая женщина неопределенного возраста. Когда я заплатил ей за следующую ночь, она стала расспрашивать меня о том откуда я, зачем. По поводу поисков работы она лишь сокрушенно покачала головой:

- Да-а... С работой туговато.

Но далее оживилась:

- А вот жить в гостинице, это накладно. У меня тут знакомые сдают комнату в центре. Всего 100 фунтов в неделю. Это не далеко от сюда, на следующей станции метро.

Мы договорились встретиться утром в холле.

Проснувшись, я сложил вещи и спустился. Она меня уже ждала. Далее - утомительная дорога до метро, потом от метро до маленького переулка в трех кварталах от станции. Переулок даже имел название - Уисбэн. Она открыла дверь и мы попали в двухэтажную квартиру. В квартире был страшный беспорядок. "И какого хрена я доверился первой встречной-поперечной?" - спрашивал я себя. Перешагивая через валяющиеся на полу детские игрушки, рюкзаки, сумки, пластиковую посуду я пробрался к лестнице и проследовал за ней наверх. Она привела меня в единственную меблированную и прибранную комнату. В комнате было довольно прохладно. Женщина сбегала за электровентилятором, долго что-то в нем настраивала, наконец, он, издавая стоны и всхлипы, начал извергать из себя теплый воздух. В комнате была кровать с пружинами и матрасом, шифоньер и два стула. Из шифоньера она достала чистое постельное белье и положила на матрас. Все это мне не очень нравилось, но дешевле я пока ничего не нашел - все оккупировали европейские и японские студенты (в том числе те, что летели со мной в самолете).

Мы договорились, что завтра в 11 утра она придет, и если мне понравиться, я должен буду заплатить ей 100 фунтов и жить себе припеваючи, до начала следующей недели. Она отдала мне ключи и ушла. Я сел на кровать. Я уже устал, хотя день только начался. Примерно через пол часа я почувствовал себя полным сил и решил сегодня съездить в на окраину Лондона, для разнообразия.

По северной линии я доехал до конечной станции метро - "Хай Банет". Последние пять станций поезд шел по поверхности, как пригородная электричка. На конечной я двинулся по ходу поезда вдоль по Банет Стрит. Вскоре через дорогу я увидел огромный супермаркет. Перед ним - огромную автостоянку, полную машин. Люди из пригорода приезжали сюда, чтобы сделать покупки на неделю вперед. Я никогда не бывал в настоящем большом английском супермаркете. Пора было это исправить. Я перешел через дорогу и обходя стоявшие на автостоянке машины двинулся в сторону универмага. Это все и решило. В тот миг я и не знал, что скоро уеду из Лондона в провинцию, найду работу и жилье. Я даже не знал, что мне не удастся дойти до этого супермаркета.

Впереди какой-то мужчина выгружал из магазинной тележки в машину свои покупки. Я вынужден был пройти мимо него. А вот чего я не был вынужден делать - это захотеть покурить в тот момент. Но я захотел и обнаружил, что к коробке у меня нет спичек. Я подошел к человеку и спросил:

У вас не найдется огонька?

0

4

Глава 4.

Человек казался то ли арабом, то ли индусом (не буду мучить вас - он был иранцем по происхождению). Он засунул пакет с шестью бутылками "пепси" в багажник своей "Ланции" и дал мне зажигалку, с неподдельным интересом разглядывая меня. Я прикурил и протянул ему зажигалку.

- Русский? - улыбаясь ровным рядом крупных белых зубов, спросил он, тоже доставая сигарету из своей пачки "Silk Cut".

- Угу, - кивнул я, бросив взгляд на свой "русский" кулек с яблоком и червяком.

- Турист или как?

- Или как...

- Незаконный?

- Ну... я бы так не сказал... я въехал сюда законно...

- Работаешь?

Мои мысли не успевали за его вопросами, но я начал смутно догадываться к чему он клонит. Последний вопрос поставил все на свои места.

- Ищу жилье по приемлемой цене и нормальную работу.

- Правда? - спросил он, как будто я пошутил.

- А что умеешь делать? - он засунул последний пакет в багажник.

- Да все!

- Тогда, садись. Ты где живешь?

- В центре, на Мабл Ач.

- Далековато... - он захлопнул багажник и протянул мне руку:

- Меня зовут Шервин Никджо.

- Меня Максим Тихонов.

Естественно, его имя так свободно выговаривать и писать, как сейчас, я начал значительно позже. Фамилию мою он так никогда не выучил. Имя все мои знакомые в Англии произносили делая ударение на первый слог, и меняя "а" на "э", в итоге получалось что-то вроде "мэксим" - "правило поведения." Мы сели в машину. Представляете как это необычно садиться с левой стороны, где у нас, в России обычно сидит водитель, но руля у вас нет? По дороге Шервин рассказал мне, что сам он фармацевт, у него собственная фирма (для меня это не было чем-то особенным, к тому времени когда я уехал, я уже 3 года был директором собственной фирмы в России). Кроме того, он занимается покупкой недвижимости и сдает ее в аренду. А сейчас он решил попробовать себя на новом поприще - в одном из своих домов в графстве Эссекс на первом этаже открыл супермаркет под интригующим названием "Парадайз" ("Рай"). Дом находился на так называемой Хай Стрит (главной улице) города Фринтона-на-Море. То есть, как раз на той улице, где расположена основная часть магазинов, забегаловок, ресторанов, всевозможных агентств и банков.

Он предложил сегодня съездить прямо во Фринтон, а завтра утром, я, если мне понравиться дом и магазин, где мне предстояло работать, могу вернуться в Лондон к 11 часам и забрать свои вещи, не заплатив 100 фунтов. Шервин предложил мне 2 фунта в час, на первых порах, а за комнату мне предложил платить по 40 фунтов в неделю. На том и порешили. Через два часа утомительной езды мы наконец остановились рядом с трехэтажным домом на том конце длинной улицы, который упирался в пляж. Первое, о чем я попросил своего нового знакомого, Шервина, это возможность посмотреть на море. Я никогда раньше не видел моря! Мы вместе спустились к пляжу. Было 11 часов вечера. Где то далеко от берега мигали огнями английские патрульные корабли, охранявшие морские рубежи. Над водой кружили несколько чаек. Волны, словно засыпая, накатывались на прибрежный песок. Шервин показал мне линию, до которой вода доходит при максимальном приливе. Сегодня был отлив. Можно было пройтись пешком по тем местам на пляже, где послезавтра будет воды по пояс.

Когда все волнительные чувства от знакомства с морем улеглись, мы вернулись в дом. Шервин начал готовить ужин - что-то мясное с рисом и какими-то восточными специями. Я принялся осматривать дом. Сам Шервин жил в гостиной, где был традиционный камин, маленький телевизор "Шарп", два больших кресла и двуспальный диван. Рядом с телевизором - скромный журнальный столик. По узкой и крутой лестнице я поднялся на третий этаж (на первом этаже был супермаркет, а жилая часть дома начиналась на втором этаже). На третьем было две комнаты. Одна совсем маленькая, в ней была лишь одинокая кровать. Во второй комнате, где мне предстояло жить, стояло две кровати, шифоньер, стол и два стула. Потолок был скошен к окну, так как комната была под самой крышей. Окно выходило на Хай Стрит, но позже я узнал, что вообще-то улица называется Конаф Авеню.

Стеклянная входная дверь запиралась на ночь изнутри на ключ. Вскоре я выяснил, что спать с закрытой форточкой - одно убийство. Утром просыпаешься с опухшей головой, так как влажность очень высокая. Но при открытой форточке в комнате было очень холодно. Поэтому, первое, что я сделал - купил электрообогреватель и прогревал им свою комнату перед сном, затем открывал окно, выключал грелку и засыпал.

Утром пришлось вставать в 7 часов, чтобы успеть на поезд до Лондона. Дорога на поезде заняла полтора часа, а поезд прибыл в столицу Великобритании на станцию Ливерпуль Стрит. Без пересадок по центральной линии я добрался до Мабл Ач. Интересно было видеть знакомые пейзажи - те виды в Лондоне, где я уже бывал. Все было таким привычным, обычным, но... неродным. Это как для жителя Урала или Сибири - Москва. Вроде все кругом русское, где-то уже виданное, но неродное.

В 10 часов я был уже в своей комнате, в которой я так ни разу и ночевал. Вещи я выложить не успел, поэтому собирать было не чего. В ожидании негритянки ( она сообщила мне, что родом из Эфиопии) я принялся осматривать дом. Как я уже говорил раньше, в доме никто не жил и везде был полный беспорядок. По нашим меркам такой дом в центре столицы - мечта любого цивилизованного человека. По прошествии времени я могу с уверенностью сказать, что он ничего особенного из себя не представлял. Обычный маленький коридор, гостиная, почти на весь первый этаж, средних размеров кухня (как у нас в квартирах с улучшенной планировкой), узкая крутая лестница и пара крошечных спален и ванная комната на втором этаже. Горячая вода в подавляющее большинство английских домов не подается. В основном под лестницами у всех имеются медные котлы для электронагрева воды, откуда она в горячем виде подается на кухню и ванну. Как видите, отопление и горячая вода у них напрямую зависит от электроснабжения. Насколько это разумно - время покажет.

Ровно в одиннадцать пришла эфиопка. Она предварительно позвонила, думая, наверно, что я еще или сплю, или в чем мама родила. Совершенно одетый, я без промедления открыл ей. Она поинтересовалась славно ли я спал. Разочаровывать ее я не стал, но сразу же сказал, что здесь не останусь, так как нашел жилье и работу в другом городе. Она почти искренне обрадовалась за меня и к моему удивлению поинтересовалась: на полный ли рабочий день я нашел работу? Я снова ее не разочаровал. Сейчас я бы уже не удивился такому интересу к продолжительности моего рабочего дня. Половинная или частичная занятость - это бич для тех, кто не может найти работу. Ведь хоть ты работаешь лишь полдня, считается, что ты трудоустроен и пособие ты не получаешь, а часто пособие сравнимо или даже равно тому, сколько ты можешь заработать на полставки. Значит выгоднее вообще не работать - так по крайней мере горбатиться не нужно на то, что тебе и так государство даст.

Мы мило попрощались и я потащил свою огромную сумку к станции метро. К тому моменту, я уже представлял, как все кругом дорого. И поэтому не стал разоряться на такси. Я не очень-то обращал внимание на то, как люди реагируют на молодого человека с такой большой сумкой. Лондон - суматошный город в это время суток (а было как раз послеобеденное время, почти час пополудни), и все торопились сделать свои дела до конца рабочего дня. Англичане достаточно ленивы, и по обыкновению не спешат утром, так что после обеда скапливается куча несделанной работы, а после шести уже очень хочется быть дома. И вот, все несутся, задрав головы, и я вместе с ними... несусь с тяжеленной, огромной, неудобной сумкой. Знаете, такая гонка прививает чувство обыденности. Она притупляет все ощущения новизны, невероятности происходящего, что еще оставались в живых утром. Когда я, наконец, вывалился на перрон железнодорожного вокзала во Фринтоне, у меня даже было ощущение, будто я домой вернулся. Но ощущение это быстро прошло. Фринтон - маленький прибрежный городок. Тихий и спокойный. До вечера в нем еще есть ощущение ухоженности и чистоты, что не свойственно было моей родной Перми в те годы. Это сейчас в центре Перми, если не видишь урну, то окурок как-то неудобно просто так бросить - стало намного чище. Да и движение на улицах в Перми более оживленное, нежели во Фринтоне.

Как назло, железнодорожный вокзал находился в одном конце города, а дом Шервина - в другом, так что мне пришлось ползти с этой проклятой сумкой через весь город, вдоль по Конаф Авеню.

Придя, я распаковал большинство вещей, принял ванну и принялся осматривать супермаркет и путаться под ногами у продавца. Продавцом в тот день работал молоденький местный парнишка, чье имя я с трудом запомнил только через неделю - Мэсью, или как у нас его коверкают в видеофильмах - Мэтью. Он был или очень занят, или очень скромный, но на меня почти не обращал внимания. Когда мне надоело все вынюхивать, выспрашивать и пытаться понимать его английский, я рванул к морю.

Да... море... прекрасная вещь... но в это время года еще холодное, чтобы купаться. А ведь я никогда не купался в море! На побережье росло много диковинных для меня растений, названий их я не знал, ни по-русски, ни по-английски. Кстати, у прямо напротив нашего супермаркета рос каштан. Вскоре он зацвел и опадающие лепестки его цветов замусорили всю прилегающую территорию и даже проникали в магазин, откуда их приходилось постоянно выметать.

Вечером вернулся хозяин и мы вместе закрыли магазин, выключили освещение вывески, прибрались, убрали с полок на склад товары, срок реализации которых уже вышел и поднялись на верх. За ужином он объявил мне, что с завтрашнего дня я могу выходить на работу, во вторую смену, то есть после 15 часов. Со мной будет его младший брат, который специально, чтобы меня подстраховать, приедет из Лондона. Имени его я так никогда и не знал. Оно, имя, было иранское и совершенно не поддавалось запоминанию. Для приличия, назовем его Фетис. Итак, завтра на работу!

0

5

Эпилог.

Всё это произошло в 1995 году. Через 3 недели Максим начал понимать английскую речь на слух. Через 6 месяцев, не выдержав тоски по Родине и семье, он вернулся в Россию.

-------------------------------------------------------------------

Теги и ссылки по теме:
Авторская компиляция методов разведшкол от Максима Тихонова
Читайте, также: Английский для ленивых. Формальная мини грамматика английского языка.
О Тихонове Максиме Олеговиче
А так же по этой теме: Грамматика - лже наука? Генезис грамматики демократичен и индивидуален
НАС УЧАТ АНГЛИЙСКОМУ ЯЗЫКУ НЕПРАВИЛЬНО! - узнай правду!
Учебный комикс "АВАТАР": на английском с переводом на русский - уникальный проект в интернете. Бесплатно.
Времена глагола в английском языке. - всё на много проще, чем ты думаешь!
Артикли в английском языке – как их употреблять? - легче не объяснить!
Употребляется ли SHALL? - оказывается Дима Петров с канала "Культура" (телепередача "Полиглот") не знает иностранных языков!
Правила чтения в английском языке? Полный бред! - всё понятно и просто!
* * *
НАС УЧАТ НЕМЕЦКОМУ ЯЗЫКУ НЕПРАВИЛЬНО! 
Падежи в немецком языке - как их запомнить и понять?
Немецкие ругательства
Учебный комикс на основе фильма ПЯТЫЙ ЭЛЕМЕНТ немецкий-русский
Артикли в немецком языке – как их употреблять?
Справочник по формализованной грамматике НЕМЕЦКОГО языка

Теги и ссылки по теме:
Артикли в итальянском языке – как их употреблять? - всё намного проще, чем ты думал!
НАС УЧАТ ИТАЛЬЯНСКОМУ ЯЗЫКУ НЕПРАВИЛЬНО! - узнай правду!
КРИМИНАЛЬНОЕ ЧТИВО - учебный комикс итальянский-русский - уникальный проект в интернете. Бесплатно.
Итальянский порядок слов - эвоно как!
Итальянский язык в Перми - без зубрёжки и домашних заданий.
Итальянский мат. Без купюр.
Passato Remoto - Avere или Essere? Прош. закон. - каким глаголом польз

Теги и ссылки по теме:
Времена глаголов в испанском языке.
НАС УЧАТ ИСПАНСКОМУ ЯЗЫКУ НЕПРАВИЛЬНО! - узнай правду!
Артикли в испанском языке – как их употреблять? - всё на много проще, чем ты думаешь!
Испанский мат. Без купюр. - эвоно как!

Теги и ссылки по этой теме:
НАС УЧАТ ФРАНЦУЗСКОМУ ЯЗЫКУ НЕПРАВИЛЬНО! - узнай правду!
Артикли во французском языке – как их употреблять? - всё намного проще, чем ты думаешь!
Французский мат. Без купюр. - эвоно как!
Учебный КОМИКС на основе фильма "День сурка" французский+русский - уникальный проект в интернете. Бесплатно.
Порядок слов во французском языке. - и не надо "ля-ля"!
--------------------------------------------------------------------------
Где учат как в разведшколах? здесь->Адрес. Цены. Телефоны. Реквизиты для оплаты.

0